Хоукинс снова выглядит нормально. Настолько, что это начинает тревожить сильнее, чем любые разломы. Те же улицы, те же дома, тот же вечерний свет в окнах и всё же что-то не совпадает. Неуловимо. Как если бы реальность попыталась восстановить себя по памяти, но допустила ошибки в деталях. Люди возвращаются к жизни, делают вид, что всё закончилось, что кошмар остался позади. Они говорят о победе, о том, что это было последнее столкновение. Но никто из тех, кто действительно был там, в глубине, не верит в это до конца.

После того, как Одиннадцать оборвала связь с Векной, наступило затишье. Как будто всё закончилось. Он не исчез — это ощущается сразу, почти физически. Просто перестал быть тем, кого можно увидеть или услышать. Его присутствие больше не имеет формы, не собирается в голос, не выстраивается в образ. Оно рассеялось, впиталось в саму Изнанку, как яд, который невозможно вычленить из крови. Разломы, прорвавшие Хоукинс, не закрылись, они замерли в ожидании своего часа.

Сначала кажется, что всё стабилизируется. Разломы не растут, не расширяются, не поглощают город. Но через несколько недель становится ясно: дело не в том, что они остановились. Дело в том, что они начали вести себя иначе. Тише. Хитрее. В некоторых районах пропадает звук — машины едут, но их не слышно, люди открывают рот, но слова тонут где-то между ними. Свет начинает искажаться: лампы горят слишком ярко или, наоборот, будто гаснут, хотя электричество есть. Иногда тени отстают от своих владельцев на долю секунды. Иногда не совпадают с ними вовсе.

Уилл чувствует это первым. Он говорит, что дело не в разломах, а что Он - вернулся. Или что весь мир, в котором они жвут - ненастоящий. Ребята снова собираются вместе, чтобы разобраться в происходящем.